Поэтический фестиваль «Компрос»

Вода, прозрачная от века, —
водою или паром выйдет.
Не жди от времени ответа:
оно тебя в упор не видит;
вода водою в воду канет —
такой исход для нас не нов,
и солнце прозвенит в стакане,
его заполнив до краёв.

Литературный фестиваль

Владимир Лаврентьев

Опять зима (и сколько их ещё?).
Бегу, пока метелью не накрыло.
И, за спиной сложив в полете крылья,
ныряю меж обледенелых щёк
насупленных, приземистых лачуг,
укрывшихся у билдинга под мышкой.
И я к ним влез — не знаю, как уж вышло,-
но влез, они подвинулись чуть-чуть.

Там снег, как свежесобранный творог,
я в нём увяз практически по пояс.
И, словно после длительной попойки,
на льдину, что, прикинувшись двором,
дрейфует в русле Млечного пути,
я лёг в углу зелёного забора
и наблюдал, как все мои заботы
под фонарем кружат, как конфетти…

И так лежал я трезвый и без сна,
раскинув руки вдоль магнитных линий,
и чувствовал, как выбивает клинья
из бочки квазипамяти. Она —
дыханье, не успевшее застыть,
влекомое наверх воздушным шаром,
она процежена сквозь детский шарфик
и тлеет, как сигарные листы…

А меж домов протиснулся просвет,
он притащил с собой мельканье кадров:
«Толпа. Предновогодняя декада.
Огнями перепаханный проспект.
Движенье чёрных согнутых фигур.
Снег, бьющийся в витрины магазинов.
Вокзал в ночи, снующие дрезины…»
и — киноаппарата ровный гул.

Но взгляд мой не ушел туда, в толпу.
Мы нынче врозь почти на четверть такта.
Я лучше прослежу по звёздной карте:
куда они задвинули мой путь?

Я грёб руками, раздвигал веслом
огни домов и отблески созвездий,
и прочий мусор, плавающий в бездне,-
давнишних чьих-то образов и слов.
Меня, как лунный маятник, визжа
и скрежеща, раскачивает ветер.
…В меня попасть пытались снегом дети,
топчась на ржавой крыше гаража.

И, попадая метко дядьке в лоб,
детишки били радостно в ладоши.
Ну, а потом в лачугином окошке
с печальным звоном треснуло стекло.

Старуха, выйдя на остатках ног,
меня вплела в свою картину мира,
сказав беззлобно: «Ишь, нажрался, ирод!»
Потом фанерку вставила в окно.